Между ростом и «охлаждением» экономики: Ефим Басин о достигнутых результатах и новых вызовах

Сергей Зеленцов

В преддверии 70‑летия Дня строителя отрасль демонстрирует серьезные достижения: рекордные объемы ввода жилья, масштабные работы по строительству и ремонту автодорог, развитие современных технологий.

При этом строители столкнулись с значительными трудностями: из‑за повышения ключевой ставки Центробанка кредиты стали практически недоступны, упал потребительский спрос, снизились объемы ввода жилья и производства стройматериалов. Почетный президент НОСТРОЙ, руководитель Комитета ТПП РФ по предпринимательству в сфере строительства Ефим БАСИН дал подробное интервью «Стройгазете», в котором рассказал о своем взгляде на актуальные проблемы стройкомплекса.

Ефим Владимирович, с чем отрасль встречает 70‑летие Дня строителя?

Несмотря на трудности и снижение темпов, праздник мы отметим достойно. За последние годы достигнуты серьезные успехи в строительстве: рекорды по вводу жилья, по строительству и ремонту дорог, по объемам работ.

Сегодня строительству уделяется особое внимание — это заметно и по выступлениям, и по принимаемым руководством страны решениям. Благодаря этому растет престиж профессии строителя.

Конечно, юбилейный праздник будет отмечен широко и достойно: планируется вручение наград, в том числе государственных, присвоение званий заслуженных строителей. Есть за что чествовать отрасль: она стала по-настоящему системообразующей, сыграла ключевую роль в логистике и в развороте нашей экономики на Восток.

Как вы оцениваете текущее положение в строительной отрасли? Есть ли еще пространство для роста, или мы уже достигли предельных высот?

Мы только-только разогнались, только почувствовали вкус к тому росту, о котором успели забыть. Когда-то вклад строительства в ВВП страны выражался чуть ли не двузначными цифрами, а сегодня мы оказались практически на нулевой отметке — произошло серьезное «охлаждение».

При этом мы уже поставили рекорды по вводу жилья. Особенно радует динамика индивидуального жилищного строительства (ИЖС): его объемы превысили 60% от общего ввода жилья — такого не было никогда прежде. Мы достигли значительных результатов и в строительстве, и в ремонте автодорог, в том числе скоростных.

В прошлом году было введено 150 миллионов квадратных метров недвижимости — рекорд даже по меркам советского времени. Мы осваиваем более 22 триллионов рублей в год, из которых 16 триллионов — средства населения. Только представьте, какой объем ресурсов граждане направляют на решение жилищного вопроса!

Многие производители строительных материалов и конструкций занялись модернизацией производства, стали уделять больше внимания индустриальному строительству, сокращению «мокрых» процессов на стройплощадке. Речь идет о префаб‑технологиях, модульном строительстве, производстве домокомплектов.

И тут поступил призыв «охлаждать» экономику — в результате ключевая ставка Центробанка была резко повышена, и ситуация кардинально изменилась. Но как можно сбавлять с таким трудом набранный темп и менять сам тренд развития? Если люди на него настроены, ни в коем случае нельзя сбивать этот настрой, это психологически недопустимо. Сегодня много говорят о постепенном снижении ключевой ставки, но нынешними темпами мы далеко не продвинемся — охлаждение экономики продолжается, мы уже на грани ее «заморозки».

Или возьмем программу импортозамещения, которая, к сожалению, буксует: по сути, импортозамещение свелось к замене поставок из Западной Европы поставками из Китая, а собственного производства у нас по‑прежнему мало. Некоторые предприниматели искренне поверили в курс на отечественное производство и вложили средства в модернизацию, например, в выпуск строительной техники, ведь 70% используемой в стране стройтехники — иностранная; бизнесмены брали кредиты (пусть и под высокий процент) и добивались успехов, начинали выпускать продукцию. И тут банковская ставка вырастает до 25% и выше. В результате предприниматели не могут обслуживать долги. Получается, будто им ударили молотом по голове. Как после этого снова заставить их верить в свои силы и в надежность государственной политики? В этом и заключается главная беда.

Сегодня стройотрасль, как и экономика в целом, находится в очень тяжелом положении: банковские кредиты практически недоступны, а компании, ранее взявшие займы (в том числе для модернизации производства), столкнулись с риском банкротства. Потребительский спрос резко упал — даже готовое жилье продается крайне плохо.

За первое полугодие на 18% снизились объемы ввода жилья. Аналогичная тенденция наблюдается и по большинству видов строительных материалов. Недавно мы проводили заседание Комитета ТПП по предпринимательству в сфере строительства совместно с Национальным объединением производителей строительных материалов.

Мы заслушали представителей практически всех ассоциаций, занимающихся выпуском отдельных видов стройматериалов и конструкций, — везде зафиксированы низкие показатели: падение от 10 до 30%, в том числе по таким базовым материалам, как цемент, бетон, керамика. Это, безусловно, вызывает серьезную обеспокоенность.

Но при этом цены на жилье и материалы растут.

Цены растут — это факт. Обычно цена повышается при росте спроса, но сейчас наблюдается парадоксальная ситуация: спрос падает, а цены не снижаются. Фактически экономика оказалась «переохлажденной», почти «замороженной». Необходимо принимать срочные меры.

И какие именно?

В первую очередь, используя терминологию Центробанка, — «отогреть» экономику. Важно не допустить лавинообразного роста банкротств и при этом выйти на целевые показатели, закрепленные в национальных проектах.

Главный нацпроект для строителей — «Инфраструктура для жизни». Он объединяет в себе 12 утвержденных федеральных программ. Если не предпринять решительных действий, мы рискуем не достичь поставленных целей даже к 2030 году.

Что можно сказать о нынешней ситуации на рынке?

Ситуация, к сожалению, остается сложной. Наблюдается снижение объемов ввода жилья, приостановлено строительство многих коттеджных поселков. Один из крупнейших застройщиков фактически свернул возведение нескольких коттеджных поселков только в Московской области — это тревожный сигнал.

Тем не менее, доля ИЖС за полугодие составила 62%. Этот важный показатель подтверждает данные опросов: почти 70% населения хотели бы жить в отдельном доме с земельным участком.

Каковы, на ваш взгляд, перспективы развития ИЖС?

Я смотрю на перспективы ИЖС с оптимизмом. Мы обязательно выправим положение и достигнем намеченных целей по вводу малоэтажного жилья — в первую очередь индивидуального. Наша задача — вводить не менее 60 миллионов квадратных метров в год. В стратегии развития строительной отрасли до 2030 года зафиксирован показатель в 50 миллионов, но я уверен, что мы сможем превысить его и стабильно вводить минимум 60 миллионов. Только так мы сможем реально повлиять на улучшение демографической ситуации в стране.

Будем развивать прогрессивные индустриальные технологии строительства, в том числе деревянное домостроение. Уже сейчас 27% индивидуального жилья возводится из дерева — свидетельство того, что люди доверяют качеству и ценят экологичность таких домов.

Появляются новые материалы и технологии: CLT‑панели, каркасные дома, аддитивные технологии, включая 3D‑печать зданий. Мы подходим к развитию этих направлений комплексно: у нас есть собственные разработки, мощности по производству оборудования, программные решения для цифровизации процессов, а главное — есть компании, готовые применять эти технологии на практике. Уже существуют конкретные примеры строительства домов с помощью 3D‑печати, что позволит существенно повысить производительность труда.

Особую роль в развитии ИЖС должна сыграть недавно созданная Ассоциация «Малоэтажное жилищное строительство» (МЖС), объединившая тысячи лучших застройщиков, строителей и проектировщиков, обладающих передовыми практиками. На них мы можем опереться в дальнейшей работе.

Как вы оцениваете использование эскроу‑счетов в ИЖС? Это позитивный шаг?

Убежден, что это очень позитивный и своевременный шаг. Использование эскроу‑счетов сыграет решающую роль в переводе ИЖС на цивилизованные рельсы — и уже начинает играть.

Во‑первых, есть успешный опыт применения проектного финансирования и эскроу‑счетов в строительстве многоквартирных домов (МКД), поэтому эта модель для отрасли не нова. Во‑вторых, до принятия соответствующего закона в прошлом году было немало случаев обмана граждан. Мы активно боролись и продолжаем бороться с проблемой обманутых дольщиков, и допускать повторения такой ситуации нельзя.

Но поможет ли использование эскроу‑счетов полностью исключить риски? Даже рекомендованные банками подрядчики получают деньги, а дома не сдают.

Именно такие случаи и показывают, насколько остро стояла проблема. Граждане доверились рекомендациям банков, которые как будто бы сертифицировали подрядчиков. Люди рассуждали логично: если банк рекомендует, значит, можно доверять. Но на практике это не всегда работало.

Новый закон призван исключить подобные масштабные ошибки, создаст более надежные механизмы контроля и защитит интересы граждан. Кроме того, стоит отметить работу банка «ДОМ.РФ»: они разработали специальный сервис и программу, позволяющие обеспечить четкое выполнение обязательств и прозрачность всех этапов строительства.

В отрасли существует проблема кадров — надежных, квалифицированных, опытных и в достаточном количестве. Какие меры могли бы решить проблему дефицита качественных специалистов?

Действительно, сегодня многие жалуются на нехватку кадров. Причина в том, что в 1990‑е годы мы потеряли систему подготовки специалистов, прежде всего — рабочих кадров.

В советское время существовало 11 союзных строительных министерств, плюс в каждой республике было свое строительное министерство. При любом крупном предприятии и министерстве действовала сеть средних учебных заведений — ГПТУ, техникумов, готовивших высококвалифицированных специалистов и рабочих для отрасли. Мы в какой-то момент увлеклись привлечением мигрантов — и эту ситуацию нужно исправлять: необходимо готовить собственные кадры.

Считаю правильной принятую правительством программу «Профессионалитет». Премьер‑министр Михаил Мишустин регулярно проводит стратегические сессии и, когда речь заходит о кадрах, неизменно интересуется, как реализуется эта программа. Мне это импонирует, потому что именно такая система позволит сформировать кадровый резерв.

Особенно ценно, что программа предусматривает объединение усилий образовательных учреждений с работодателями, наукой и застройщиками. Мы обязательно решим проблему кадров, если будем следовать этой программе.

Под эгидой НОСТРОЙ мы создали отраслевой Консорциум среднего профессионального образования в сфере строительства. В нем уже участвуют 189 организаций из более чем 60 субъектов РФ — колледжи, техникумы, строительные компании, застройщики и даже целые СРО. Мы видим, что программа набирает силу.

Вернемся к роли государства. Насколько эффективны сегодняшние меры господдержки?

В нынешней ситуации уже не хочется возлагать большие надежды на государство. Но есть минимум жизненно необходимых мер.

Во‑первых, нужно опустить ключевую ставку — до 10% или даже ниже. Во‑вторых, следует снизить налоги — хотя бы для малых предприятий. В стройотрасли 90% компаний — это малый бизнес, без поддержки они не смогут существовать: у них не будет оборотных средств и возможности привлекать финансирование. В‑третьих, необходимо определиться с мерами поддержки ипотечного кредитования. Я не говорю обо всех видах ипотеки, но хотя бы с семейной ипотекой нужно навести порядок: вокруг нее много разговоров, но банки перестраховываются и усложняют ее получение. Семейная ипотека действительно может стимулировать рождаемость, поэтому нужно не только упростить ее выдачу, но и обеспечить достаточные лимиты на субсидирование, чтобы удовлетворить потребности граждан. Это тот минимум мер, вопросы по которым давно назрели и требуют решения.

Соответственно, нужны законодательные акты.

Законов у нас уже очень много. В одном Гражданском кодексе более 400 страниц. Как обычный специалист может изучить, запомнить и применять на практике такой объем нормативной базы? Требуются ее актуализация и систематизация.

Есть вопросы, которые до сих пор не решаются, — и это непонятно. Индивидуальное жилищное строительство на всех уровнях признано важной мерой для улучшения социальной и демографической ситуаций, но одной ипотеки для стимулирования ИЖС недостаточно, стоит возродить и проверенные временем механизмы — жилищно‑строительные кооперативы и строительные сберегательные кассы. Соответствующий законопроект уже принят Госдумой в первом чтении, но до второго чтения дело не доходит уже два года.

Еще одна проблема — управление общим имуществом в коттеджных поселках. В Градостроительном кодексе до сих пор нет даже понятия «коттеджный поселок», а на практике мы сталкиваемся с массой сложностей: где‑то перекрывают проезды шлагбаумами, где‑то поселки оказываются в зонах с ограничениями (например, экологическими). Законопроект об управлении общим имуществом в таких поселках тоже был принят в первом чтении два года назад, но дальше дело не движется.

Необходимо развивать альтернативные механизмы финансирования — не только для ИЖС, но и для строительства в целом. Ежегодно население тратит на жилье порядка 16 триллионов рублей — колоссальные средства, которые формируют значительные налоговые поступления в бюджеты всех уровней. Нельзя игнорировать потребность людей в жилье как фактор повышения качества жизни.

Сейчас разрабатываются различные программы и предложения, но снижение налоговой нагрузки — действительно необходимая мера: общеизвестно, что при высоких налогах собираемость снижается, и наоборот. Тем не менее мы постоянно наступаем на одни и те же грабли.

Пока банки (и прежде всего ЦБ) не начнут рассматривать своей задачей не только получение прибыли, но и развитие экономики через кредитование, мы не добьемся успеха. Предприятия фактически лишились кредитных инвестиций и вынуждены опираться исключительно на собственные средства. Но какие могут быть собственные средства, если маржинальность в строительстве минимальна, при том, что банки получают огромные прибыли — порядка 4 триллионов рублей за прошлый год, но кредитуют экономику весьма сдержанно. С моей точки зрения, это недопустимо.

Какие нормативные барьеры до сих пор мешают развитию бизнеса в сфере строительства?

Особенно остро стоит вопрос получения разрешения на строительство: вместо нескольких дней процедура нередко растягивается на месяцы и даже годы.

Одна из проблем — перевод земель в соответствующие категории. Например, перевод земель сельхозназначения под застройку на практике сопряжен с большими трудностями. При этом во многих регионах бывшие сельхозземли фактически не используются, зарастают бурьяном, местами уже выросли березовые рощи.

В России под населенные пункты занято всего 1,7% территории — это очень мало. Нужно продумать механизмы, которые позволят развивать города и населенные пункты, в том числе в сегменте ИЖС.

Еще одна серьезная проблема — техническое подключение строящихся объектов к энергосистемам. В странах, где действует полноценная рыночная экономика, поставщики энергии, тепла и воды борются за потребителя и новые объекты; у нас же подключение — это долго, дорого и крайне забюрократизировано. Необходимо упростить процедуру подключения строящихся объектов — для этого нужны четкие нормативы. Формально в каждом тарифе на коммунальные услуги заложена инвестиционная составляющая, но на практике застройщик все равно вынужден нести дополнительные затраты на реализацию таких проектов, а затем передавать построенные сети в собственность тех же монополистов.

Как вы оцениваете ход цифровизации в строительстве?

Цифровизация играет огромную роль в повышении эффективности строительного производства. Наша главная проблема — низкая производительность труда; согласно проекту «Инфраструктура для жизни», к 2030 году мы должны поднять ее на 22%. Без цифровизации, роботизации, автоматизации, аддитивных технологий, без ТИМ эту задачу не решить. Автоматизируя процессы на стройке, мы сможем уйти от непроизводительных затрат и снизить зависимость от труда низкой квалификации. Внедрение цифровизации позволит сократить бюрократию, повысить культуру производства и в конечном счете увеличить его эффективность, что отразится на себестоимости строительства.

Мы неплохо продвинулись в цифровизации проектного этапа и экспертизы — там активно применяются цифровые решения, в том числе отечественное программное обеспечение. Например, в контроле качества уже используют беспилотники, лазерные установки — и тоже на базе российского ПО.

Однако на строительной площадке процесс идет очень медленно. Мы не видим широкого применения роботов и автоматизированных систем — в отличие от того, как это реализовано в Китае и других странах. Над этим еще предстоит серьезно поработать.

Но есть серьезные препятствия. Во‑первых, ПО стоит очень дорого. Нам не удалось объединить усилия разработчиков в единую систему: каждый действует самостоятельно и стремится продать свой продукт по более высокой цене. Иностранные программы зачастую недоступны, да и небезопасны, а новые отечественные решения — дорогостоящи. Необходимо найти способы удешевить этот процесс.

Во‑вторых, закупка роботов, модернизация оборудования из‑за высокой ключевой ставки практически невозможны. Получается парадоксальная ситуация: с одной стороны, мы призываем повышать производительность и внедрять цифровизацию, с другой, привлечь заемные средства крайне сложно.

Что происходит с себестоимостью строительства?

Стоимость строительства продолжает расти, особенно это заметно по цене квадратного метра вводимого жилья. Мы декларируем стремление к более доступному жилью, но фактически лишь отдаляем эту цель.

До сих пор не удалось полноценно перейти на ресурсный метод ценообразования, о котором говорят еще с 1990‑х годов. Сейчас мы приблизились к ресурсно‑индексному методу (РИМ), но каталог ценовых показателей наполняется крайне медленно. Возможно, отчасти это связано с недобросовестностью некоторых исполнителей. Положительным моментом можно считать Национальный реестр добросовестных производителей и поставщиков, который ведет НОСТРОЙ; он пополняется не так быстро, как хотелось бы, но уже содержит более 4,5 тысячи позиций и дает ориентиры для оценки и рейтингования производителей.

Сейчас мы используем РИМ, но он лишь частично компенсирует существующие недостатки. Цена строительства зависит от множества факторов: налогообложения, тарифов на энергоресурсы, логистики, стоимости банковского кредита. Цена объекта — это не только стоимость строительных материалов, но и дополнительные расходы: налоги и финансовое обеспечение, страхование, подключение к сетям, логистика поставок. Последние существенно подорожали из‑за нарушения привычных логистических цепочек. Кроме того, значительно выросла стоимость земли (строителей часто критикуют за рост цены квадратного метра, но цена земли увеличивается еще быстрее). С другой стороны, едва появляется спрос и развивается строительная площадка, моментально поднимаются цены на материалы и ресурсы, особенно на инертные материалы, цемент, металл.

Могу привести пример из практики: во время подготовки к Олимпиаде в Сочи колоссальная концентрация ресурсов на строительстве олимпийских объектов взвинтила цены почти вдвое. Такой неоправданный рост цен существенно влияет на экономику проектов.

Аналогичная ситуация сложилась и с льготной ипотекой. На первый взгляд, это полезная мера: она дает людям возможность купить жилье с поддержкой государства, а застройщикам — загрузить свои мощности. Однако в результате цена квадратного метра тоже пошла вверх. Нужно найти баланс: разумное административное давление со стороны государства и добросовестность со стороны застройщиков и производителей стройматериалов.

Но цены поднимаются и при росте строительства, и при его сокращении.

Согласен с вами. За первое полугодие объемы ввода жилья снизились, при этом прошлогодние объекты еще не проданы, и продажи не растут. Застройщики удерживают цены, рассчитывая на будущие изменения. На мой взгляд, это не самый эффективный подход.

Считаю, что государство и банки могли бы взять на себя ответственность за приобретение непроданного жилья и перевести его в категорию социального или арендного. Затем можно было бы предусмотреть госсубсидии для его использования. Это повысило бы мобильность населения. Сегодня перед страной стоит масштабная задача по освоению Арктики, Дальнего Востока, Сибири — для этого нужны люди. Наличие доступного жилья могло бы стать важным инструментом привлечения кадров, одновременно решая социальные задачи и способствуя развитию экономики и страны в целом.

Еще одна серьезная проблема, связанная с ценообразованием, — действие федеральных законов ФЗ‑44 и ФЗ‑223, регулирующих получение права на строительство объектов за счет бюджетных средств. Главный критерий в рамках этих законов — цена: победителем тендера становится предложивший наименьшую стоимость строительства. В результате подрядчик-победитель, вынужденный вписаться в эту цену, нередко прибегает к использованию менее качественных материалов, конструкций и технологий либо вовсе рискует не выполнить заказ.

В рамках действующих механизмов оценки стоимости строительства основное внимание уделяется первоначальным затратам — стоимости проектирования, изысканий и собственно строительства. А ведь надо подумать об эксплуатации этого объекта, его дальнейшей утилизации, то есть о всем жизненном цикле. Это принципиально иной экономический подход: можно выиграть на этапе проекта и строительства за счет удешевления, но проиграть в долгосрочной перспективе из‑за снижения долговечности и качества объекта — впоследствии это создаст серьезные проблемы для тех, кто будет его эксплуатировать.

Возьмем, к примеру, строительство небоскребов. В Москве и Санкт‑Петербурге такая застройка отчасти оправданна, но насколько она уместна в средних городах и областных центрах? Стоит задуматься не только о лифтах, которых сегодня не хватает, но и о будущей утилизации таких зданий. При плотной городской застройке демонтаж высотных объектов может нарушить экологию, усложнить логистику, стеснить условия жизни людей. В Москве активно идет реновация, но пока сносятся преимущественно пяти‑ и девятиэтажные дома. А что будет дальше, когда нам придется сносить небоскребы? Все эти аспекты необходимо учитывать еще на этапе оценки стоимости и планирования строительства.

Кроме того, при развитии территорий в масштабах всей России — с ее огромными пространствами и преобладанием малых и средних городов — особое внимание стоит уделять малоэтажному строительству.

Вопрос учета стоимости жизненного цикла недавно обсуждался на заседании Экспертного совета в Госдуме. По итогам обсуждения было решено передать эту проблематику для проработки новому составу Думы — текущий состав уже не успевает ее детально рассмотреть. Тем не менее этот вопрос однозначно стоит поднимать и дальше.

Какую роль играет ТПП РФ в формировании политики поддержки строительного бизнеса?

Торгово‑промышленная палата входит в «большую четверку» деловых объединений наряду с РСПП, «Деловой Россией» и «Опорой России». Эти всероссийские общественные организации — ключевые площадки взаимодействия бизнеса и государства, с ними считаются и госорганы, и предпринимательское сообщество: их задача — защищать интересы бизнеса и способствовать его развитию.

Объем работы, которую ведет ТПП, действительно колоссальный. Структура ТПП охватывает практически всю страну: в каждом субъекте РФ действуют одна или две региональные палаты — всего порядка 160. Также в ТПП действуют экспертные подразделения, Третейский суд, деловые советы — в том числе по защите интересов производителей за рубежом и продвижению их продукции на международных рынках. Кроме того, в системе ТПП работают более 30 отраслевых советов и комитетов, включая Комитет по предпринимательству в сфере строительства.

Я пришел в этот комитет около 20 лет назад по приглашению Евгения Примакова, убедившего меня возглавить комитет на общественных началах. Хочу выразить благодарность своим коллегам — авторитетным и высококвалифицированным специалистам, которые много лет работают на общественных началах и делают все возможное для развития отрасли и улучшения жизни людей.

Мы стараемся выстраивать совместную работу с другими общественными организациями, чтобы избежать параллелизма и добиться синергетического эффекта. В частности, взаимодействуем с комиссией Общественного совета при Минстрое России (я, кстати, являюсь председателем Комиссии по кадрам и образованию при Общественном совете), НОСТРОЙ, НОПРИЗ, Российским союзом строителей, Российским союзом архитекторов, Российским союзом проектировщиков, Союзом сельских строителей России, а также со всеми комитетами региональных палат ТПП.

В рамках этой работы мы проводим заседания по запланированным темам, рассматриваем законопроекты, но не постфактум, а на самой ранней стадии, еще в процессе разработки в Госдуме, и направляем свои замечания и предложения. Также участвуем в деловых программах на крупных всероссийских мероприятиях: выставках, «Российской строительной неделе», Петербургском и Дальневосточном экономических форумах, чемпионате мира по профмастерству и других.

Традиционным стало проведение на нашей площадке ежегодных форумов «Малоэтажная Россия», уже прошел восьмой — и мы видим результаты: развиваются проекты в сегменте ИЖС, проходят выставки, демонстрируются красивые дома. Мероприятия проходят не только в Москве, но и в Казани, Екатеринбурге, других городах.

Важное направление работы — российский конкурс «Топ ЖК». Пять лет назад мы начинали практически с нуля, а сегодня рассматриваем уже около полутора тысяч проектов в год — в том числе летние и зимние номинации. При этом мы обращаем внимание не только на качество, долговечность здания и архитектурные решения, но и на условия жизни, которые формируются вокруг объекта, — и шаговую доступность социальной инфраструктуры, и оформление входных групп, и обустройство детских площадок, и даже площадки для выгула собак. Также важны озеленение территории, экология, технологии «умного» дома, принципы «зеленого» строительства. Все это в совокупности способствует повышению общего качества жилищного строительства. Конкурс помогает выявлять лучшие практики и распространять их по всей стране. Например, в прошлом году диплом за первое место в номинации «Умный дом» получил проект, реализованный в Кирове, — и это наглядно показывает, какой прогресс возможен.

Вся эта работа направлена на выявление и распространение лучших практик, а также на повышение качества нормативно‑правовых документов. Все резолюции и предложения, принятые на заседаниях комитета, мы направляем в госорганы, регионы и министерства — и, что особенно приятно, практически на все наши инициативы поступают ответы. Это дает ощущение, что наша работа востребована, а взаимодействие с госструктурами налаживается.

Как наладить более эффективный диалог между бизнесом, регионами и федеральным центром по вопросам строительной политики?

Честно скажу, я испытываю большое удовлетворение от работы, связанной с развитием ИЖС.

Ранее в стратегии развития отрасли было заложено соотношение: треть — ИЖС, две трети — многоквартирные дома. Речь шла о 40 миллионах квадратных метров для ИЖС и 80 миллионах — для МКД (в сумме 120 миллионов в год). Сейчас ситуация поменялась: доля ИЖС заметно выросла, и составляет уже около двух третей. Поэтому внимание к ИЖС и малоэтажному строительству вполне оправданно, тема стала действительно актуальной.

При этом есть необходимость актуализировать законодательную базу и нормативы. В частности, пересмотреть нормативы по социальной инфраструктуре применительно к малоэтажному строительству. Сейчас требования к соцобъектам при строительстве коттеджей фактически приравнены к требованиям для МКД — особенно это ощутимо в рамках комплексного развития территорий. Здесь возникают серьезные трудности: уровень застройки в малоэтажном сегменте принципиально иной, а значит, потребность в социальной инфраструктуре (детских садах, школах и т. д.) существенно ниже. Из‑за действующих нормативов застройщики ИЖС сталкиваются с проблемами при участии в программах КРТ: они не могут позволить себе выделять средства на строительство крупных социальных объектов вроде школ или больниц. Кроме того, «съем» (выручка) с квадратного метра земли в малоэтажной застройке гораздо ниже, чем в высотном строительстве, — это тоже влияет на экономику проектов.

Какие изменения в отрасли вы считаете самыми значимыми и позитивными за последние 5-10 лет?

Рост объемов ввода жилья и повышение его доступности: мы вышли на уровень свыше 100 миллионов квадратных метров — такого раньше не было, и это серьезное достижение.

Развитие ИЖС: его доля фактически составляет две трети от общего объема вводимого жилья.

Появление новых подходов и практик (в том числе в рамках конкурсов, программ и отраслевых инициатив), которые задают стандарты качества и формируют более комфортную городскую и пригородную среду.

Я считаю серьезной ошибкой 1990‑х годов отказ от плановой системы, для строительной отрасли последствия оказались крайне тяжелыми. Главная беда — в бессистемности и дискретности работы: сегодня ты выиграл тендер, завтра построил объект, а дальше — полная неопределенность. При плановом хозяйстве у отрасли была бы предсказуемость: мы заранее знали бы, к чему готовиться, какую технику закупать, какие кадры обучать.

Важным шагом вперед стало то, что благодаря Марату Хуснуллину впервые была сформирована шестилетняя программа строительства автодорог. Строители буквально вздохнули с облегчением: появилась долгосрочная перспектива. Мы видим, как строится трасса М‑12, — подрядчики понимают, что их ждет завтра и послезавтра. Конечно, объемы финансирования местами сокращаются, тем не менее сам факт перехода к долгосрочному планированию строительных проектов — огромный плюс.

Какой один шаг на уровне госрегулирования мог бы дать самый сильный импульс развитию строительства в РФ?

Значительное снижение ключевой ставки — хотя бы до 8%. Все остальное вторично. Без доступного банковского кредита, без возможности пополнять оборотные средства и финансировать инвестиции развитие невозможно: других источников финансирования практически нет. Сейчас же из‑за высокой ставки отрасль фактически тормозит.

Что вы по случаю Дня строителя пожелаете читателям «Строительной газеты»?

Прежде всего хочу поздравить всех с юбилеем нашего профессионального праздника. Желаю не терять оптимизма. Строительная отрасль настолько важна для каждого человека, что она просто не может не развиваться. Абсолютно уверен: мы всегда будем востребованы и продолжим вносить вклад в улучшение жизни людей.

Желаю всем строителям здоровья, новых заказов, стабильной загрузки и, конечно, своевременной оплаты выполненных работ. Главное — сохранять веру в нашу созидательную профессию. Как поется в одной бамовской песне, «а то, что построено, все людям останется!»