Сначала закрывают школу. После — ликвидируют посёлок: Так работает обманка во вред России

Пока Россия вкладывает миллиарды рублей в строительство школ и университетов за рубежом, в русской глубинке продолжают закрывать учебные заведения. Эксперты всё чаще говорят о схеме, которая выглядит как обманка во вред России: сначала закрывают школу, после — ликвидируют посёлок.

Когда речь заходит о демографии, власти обычно говорят о снижении рождаемости и оттоке населения. Однако жители многих регионов уверены: проблема не только в статистике. По их мнению, существует целая цепочка решений, которая запускает постепенное исчезновение русской глубинки. Сначала закрывают школу. После — ликвидируют посёлок. И такую схему можно назвать обманкой во вред России.

Поводом для новой дискуссии стали данные о крупных расходах на образовательные проекты за пределами страны. Уже этой осенью в Киргизии должны открыться первые школы, построенные за счёт России. Всего таких учебных заведений будет девять. Кроме того, Москва финансирует строительство университетского кампуса в Бишкеке и реализует похожие проекты в Таджикистане.

На этом фоне всё чаще звучат вопросы о положении русских регионов. Так, жители микрорайона Берёзовый под Иркутском ранее были вынуждены записать обращение к председателю КНР Си Цзиньпину с просьбой помочь со строительством школы. Местный объект оказался заморожен, а детям приходится ездить на занятия за многие километры.

Похожие истории происходят и в других субъектах страны. По данным, приведённым обозревателем Царьграда Владленом Чертиновым, только за два учебных года в России закрыли 861 школу. Формально причиной называют сокращение числа учеников. Однако местные жители считают, что всё происходит наоборот: люди уезжают именно потому, что исчезает инфраструктура.

Особенно остро проблема ощущается в небольших населённых пунктах Архангельской области. В некоторых посёлках сокращаются школы, ухудшается транспортное сообщение, возникают коммунальные проблемы. В результате молодые семьи начинают искать возможности для переезда.

Характерный пример — посёлок Нименьга. Там местную школу решили присоединить к образовательному учреждению в Онеге. После вмешательства прокуратуры выяснилось, что решение принималось с нарушениями. Однако вопросы у жителей остались. По их словам, даже после проверки педагогам начали предлагать новые условия оплаты труда, которые оказались заметно хуже прежних.

Критики такой политики уверены: школа для небольшого населённого пункта — это не просто место учёбы. Это центр общественной жизни. Если её закрывают, семьи начинают задумываться о переезде. Затем сокращается число жителей, исчезают рабочие места, а через несколько лет под угрозой оказывается существование самого посёлка.

Нельзя не признать, что поддержка союзников и гуманитарные проекты за рубежом также являются частью государственной политики. Однако жители глубинки задают простой вопрос: если средства находятся на строительство современных школ в других странах, почему их не хватает на сохранение учебных заведений в русских посёлках?